Алексей Сай
"Welcome attitude"

В новом проекте Алексея Сая «Персоналити» на большеформатных фотографиях разворачивается жизнь современных корпораций. Многочисленные офисные сотрудники снуют туда-сюда, озабоченные принятием решений и выполнением заданий, переезжают из комнаты в комнату, встречаются с коллегами и начальством, собираются в большие группы, ксерят, печатают, изучают, анализируют… Человек здесь неизменно, вне зависимости от ситуации, в которой он изображен, – только часть большего, только фрагмент, но никогда не самостоятельная индивидуальность. Впрочем, об индивидуальности речь и не идет – все герои одеты в стандартные деловые костюмы, это мужчины и женщины «идеального возраста», все с неизменной улыбкой и демонстративной доброжелательностью.

Среди множества жанровых сценок в «Персоналити» встречаются и портреты. Они по определению призваны запечатлеть неповторимую личность, а на самом деле утверждают обратное – ее отсутствие. Неслучайно на некоторых фотографиях фигурки персонажей уменьшаются, превращаются в знак, или контуры их лиц размываются, теряют определенность, сливают с фоном. Размытость контуров придает сценкам динамику, пространственность, но одновременно и сообщает им некую эфемерность и нематериальность.

Персонажи действуют в неком «чистом» безвоздушном пространстве, лишенном узнаваемых черт. Это дистиллированная среда человеческих амбиций и одновременно неуверенности, вызывающей потребность в принадлежности к какой-то группе, желательно как можно большей и могущественной. Поэтому здесь очень важный персонаж – человечек с коробкой: он мигрирует от должности к должности, с уровня на уровень. Он обозначает цель каждого – достичь большего. Это не просто амбициозное человеческое стремление к карьерному росту, это почти животное чувство самосохранения, замаскированное под «конкуренцию», «состязательность» и «стремление вперед» - декларативные ценности корпоративной культуры.

Поток офисной жизни в интерпретации Сая исключительно правдоподобен. Дополнительную убедительность сообщает ему то, что все персонажи являются раскрашенными оловянными солдатиками, которым назначается та или иная роль. Отлитые серийно, они несут на себе отпечаток матрицы – чего-то общего, унифицированного, и можно сказать, - надындивидуального. Это особый мир, лишенный человеческого тепла и неповторимости, где на лицах у всех застыли «приклеенные» улыбки, а незначительные отличия не могут выразить индивидуальность. Погрешности раскраски оловянных фигурок можно воспринимать как внешние признаки различий, которые не задевают сути. Они только еще больше подчеркивают унифицированность представителей корпоративной культуры – среды, где нет эротики и выходящих за пределы делового общения эмоций.

Мир, о котором мечтали советские авангардисты 1920-х годов, полностью сбылся, но не в коммунизме, а в капитализме. Этот мир бессубъективен и бесчеловечен. Его инфернальность проявляется не просто в стертости отдельной человеческой личности, но в добровольном отказе от собственной индивидуальности, готовности в обмен на материальный комфорт служить неизвестной и всеобъемлющей силе, реальные задачи и назначение которой неизвестны, они доходят до персонала в виде слоганов и директив.

В новом проекте Алексея Сая разрабатываемая им тема глобализированного социума получает новое решение. В предыдущих работах, выполненных в найденном автором приеме Ехсеl-Art, абсурдный мир корпоративной культуры выражался при помощи адекватной ей финансовой программы. Художник освоил довольно широкий жанровый диапазон – от цветочных натюрмортов до панорамных пейзажей современных мегаполисов. Но преобладающими оставались сюжеты об «офисном планктоне», словно увиденные и рассказанные неким современным бытописателем. Изображения складывались из крупных геометризированных пятен яркой красочной заливки и многочисленного «информационного мусора», то есть того, что собственно и должно попадать в ячейки программы Ехсеl – букв, слов, элементов диаграмм и графиков. Они были насыщены содержательными деталями в виде обстановки офисов или деталей облика персонажей.

Как ни странно, созданные в компьютерной программе плоскостные и условные образы, кажутся более «человечными» при сравнении с нынешними героями «Персоналити», которые обрели и объемность, и большее жизнеподобие. Впрочем, цвета их раскраски так же упрощены, а от непосредственного прикосновения кисти художника они не «оживают» - их жесты, выражение и черты лиц довольно условны.

Как и в случае с Ехсеl-Art, Алексей Сай находит язык описания, наиболее соответствующий миру офисной культуры, каждый раз выбирая новый ракурс для его раскрытия. В фотографиях «Персоналити» оловянные игрушки в наибольшей степени способны раскрыть то, что скрыто под упорядоченным стилем жизни современного жителя мегаполиса, – страшноватые сцены социализации, столкновение отдельного существа и мира. Запущенный невидимым импульсом, офисный мир распространяет свое нивелирующее действие на любого индивидуума, отнимая у него право быть собой. Собранные в одном пространстве, сцены корпоративного быта приобретают угрожающий характер: кажется, что мир состоит из унифицированных существ, кукол, функционирующих только в пределах отведенных им ролей, полностью лишенных собственной воли.

Алексей Сай ставит под сомнение продуманность и рациональность современной жизни, не требующих от человека непосредственного самовыражения, освобождающих от необходимости вмешиваться в определенный порядок вещей. Оловянные солдатики-менеджеры – свидетельство все возрастающей коллективизации общественной жизни, они отражают инфантильное желание современного человека избежать личной ответственности.

В «Персоналити» раскрыта угроза утраты неповторимости индивидуального человеческого опыта, превращения личности в социальную единицу, потери чувства реальности, и как результат - осознания мира как безвыходной игры, где действуют только непреложные надличностные правила, избавляющие человека от необходимости выбора.

Оксана Баршинова,
историк искусства